Судья О.А. Леонтьева                                                                                       дело 22-301/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 июля 2025 года                                                                      город Кострома.

Костромской областной суд в составе:

председательствующего по делу судьи Е.И. Николаевой,

судей А.Н. Андриянова и Е.Ю. Веретенниковой,

при ведении протокола открытого судебного заседания помощником судьи А.П. Смолиным, секретарями Д.А. Горевой, О.О. Козловой,

с участием прокуроров отдела прокуратуры Костромской области А.И. Ивановой и С.Н. Карамышева,

осуждённого В.Л. Юдина и его защитников по соглашению – адвокатов С.В. Ушакова и О.И. Коляды,

а также при участии представителя потерпевшего ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» В.В.К.,

рассмотрел уголовное дело по апелляционным жалобам представителя потерпевшего В.В.К., защитников – адвокатов С.В. Ушакова, О.И. Коляды, осужденного В.Л. Юдина, и по апелляционному представлению Нерехтского межрайонного прокурора С.С. Голятина на приговор Нерехтского районного суда Костромской области от 24 января 2025 года которым

Юдин Владимир Львович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, индивидуальный предприниматель, директор ООО «Промком», не судимый,

осуждён по ч. 4 ст. 160 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, в течение которого своим поведением он должен доказать своё исправление.

На период испытательного срока на В.Л. Юдина возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного лица и являться для регистрации раз в месяц.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вещественное доказательство – присвоенныйтвердотопливный отопительный котел КВТ-750 и комплектующее оборудование к нему, находящееся у осуждённого, постановлено вернуть в ОАО «Нерехтский промышленный комбинат».

На этом основании приговором отказано в удовлетворении исковых требований потерпевшего о взыскании рыночной стоимости котла в сумме 1 012 000 рублей в счёт возмещения материального ущерба, причинённого его хищением.

Исковые требования потерпевшего о взыскании денежной компенсации в сумме 1 021 836 рублей в счёт возмещения ущерба от последствий этого хищения, связанных с разморозкой систем отопления, и затоплением водой производственного помещения предприятия(арочного цеха) с повреждением имущества, оставлены без рассмотрения, Судом разъяснено, что эти требования гражданский истец вправе заявить в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором решена судьба других вещественных доказательств, а также снят арест с автомобиля VOLVOXC90, г.н. №, принадлежащего В.Л. Юдину, наложенный по делу в обеспечительных целях.

Заслушав судью А.Н. Андриянова, доложившего материалы дела, существо приговора, апелляционных жалоб и представления прокурора; заслушав выступления сторон, поддержавших свои доводы, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

В.Л. Юдин осуждён за хищение вверенного имущества путём присвоения в особо крупном размере с использованием своего служебного положения.

Преступление совершено в г. Нерехте Костромской области при фактических обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, согласно которым Юдин, назначенный советом директоров на пост генерального директора ОАО «Нерехтский промышленный комбинат» (далее Общество, ОАО «НПК»), воспользовавшись своим служебным положением,в августе 2021 года присвоил принадлежащий Обществу твёрдотопливный отопительный котёл КВТ-750 инв. № 00000644из котельной в г. Нерехта на ул. Красноармейской, д.82, рыночной стоимостью на то время в сумме 1 017 600 рублей(по обвинению ущерб вменён по состоянию на декабрь 2021 года в размере 1 012 000 рублей), и распорядился им по своему усмотрению, установивна своём частном коммерческом предприятии «Славянский шкаф», по адресу г. Нерехта ул. Дружбы, д.5, а дляоправдания и сокрытия своих действий представил это, как фиктивное списание котла по нулевой балансовой стоимости по акту от 10.11.2021 и продажу своему товарищу В.В.В. за 50 тыс. рублей по фиктивному договору купли-продажи от 21.12.2021, причинив своими действиями ОАО «НПК» материальный ущерб в особо крупном размере.

Осуждённый вины не признал. Утверждает, что хищения не совершал. Из его доводов следует, что имущество это было реально списано и продано В.В.В. на законных основаниях. Деньги за него получены и использованы на нужды ОАО «НПК» для наладки подвижных полов к новому котлу, а то, что этот котёл был переустановлен на его частном предприятии «Славянский шкаф» – так с В.В.В. договорились и заключили договор, что за его временное хранение он будет его использовать для отопления своих производственных цехов. Всё остальное – наговор совета директоров и сам котёл не стоит тех денег, в какие оценён, его балансовая стоимость была ноль рублей. Продан он фактически за 150 тыс. рублей, из которых 100 тыс. рублей В.В.В. отдал ему наличными, а 50 тыс. рублей остался должен, которые пытался уплатить в кассу банковским платежом, но ему в этом было отказано.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего В.В.К., считает приговор несправедливым, вследствие чрезмерной мягкости, а назначенное Юдину наказание не соответствующим тяжести преступления и личности виновного. Указывает, что судом не учтено мнение потерпевшего, просившего назначить ему наказание в виде реального лишения свободы. Отмечает, что Юдин вину не признал, в содеянном не раскаялся, извинений потерпевшему не принёс, мер к заглаживанию вреда и возмещению ущерба не принял, активно предпринимал меры к сокрытию преступления, в течение почти 4-х лет не предпринял мер к возвращению похищенного, в связи с чем условное наказание несправедливо.

Полагает, что суду следовало направить в органы полиции материалы в отношении свидетеля В.В.В., который дал суду ложные показания и на протяжении всего следствия занимал активную позицию, поддерживая доводы Юдина с целью сокрытия преступления.

Просит приговор изменить назначить Юдину наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима, назначить ему дополнительное наказание в виде штрафа в размере 1 000 000 рублей, и с целью его обеспечения наложить арест на автомобиль осуждённого, а также направить в полицию материалы в отношении В.В.В. по признакам преступления, предусмотренного ст. 307 УК РФ.

В апелляционной жалобе защитник осужденного – адвокат О.И. Коляда, считает приговор незаконным и не обоснованным в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, выводы суда не подтверждаются исследованными доказательствами, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни доказательства и отверг другие, а выводы суда о виновности подзащитного содержат существенные противоречия. Полагает, что суд выступил на стороне обвинения и вышел за пределы судебного разбирательства, сделав вывод о фиктивности договора купли-продажи котла КВТ-750 от 21.12.2021, заключённого между Юдиным и В.В.В..

Считает, что судом не оценивались и не анализировались, указанные в обвинении нарушения В.Л. Юдиным определённых положений Устава ОАО «НПК» с указанием на «использование своего служебного положения», полагает, что вывод суда об использовании Юдиным служебных полномочий является ошибочным.

Отмечает, что доводы стороны защиты об отсутствии обязательного признака хищения в виде «безвозмездности» или «безвозмездного изъятия чужого имущества, не были оценены судом, а равно и не были отвергнуты, что является нарушением уголовно-процессуального закона. Договор купли-продажи котла В.В.В. свидетельствует о возмездности этой сделки. Обращает внимание, что из исследованных доказательств, следует, что в 2021 году балансовая стоимость котла по данным бухгалтерского учёта была определена в «ноль».

Применительно к продаже котла В.В.В., не согласен с использованием следствием понятия о заключении Юдиным «экономически невыгодной сделки» которое отсутствует и в Уголовном и в Гражданском кодексах РФ.

Считает, что анализ и оценка показаний допрошенных лиц, свидетельствуют о том, что обвинение Юдина в составлении акта о списании котла из основных средств предприятия, является безосновательным и стороной обвинения в судебных заседаниях объективно и достоверно не подтверждено. Вывод суда о составлении акта о списании котла самим Юдиным является неверным.

Не согласен с оглашением показаний Юдина на предварительном следствии в связи с отказом от дачи показаний в суде, поскольку он, дав показания, отказался только от ответов на вопросы стороны обвинения и суда.

По его мнению, суд вышел за пределы предъявленного обвинения, определив в приговоре стоимость котла по состоянию на август 2021 года в 1 017 600 рублей в соответствии с дополнительным заключением эксперта, тогда как в обвинительном заключении стоимость котла указана в размере 1 012 000 рублей.

Выражает несогласие с самой оценкой стоимости котла, поскольку по материалам дела уже на 13.08.2021 его на месте не было и следовательно его стоимость должна составлять по состоянию на июль 2021 года, согласно заключению эксперта, 999 000 рублей, при том, что из суммы предполагаемого ущерба следует вычестькак минимум 50 000 рублей, уплаченных В.В.В., и понесённые им затраты на подвижные полыв сумме 100 000 рублей.

Считает также, что судом первой инстанции оставлен без внимания то, что территория, на которую был перемещён котёл, по факту является территорией ОАО «НПК».

Просит приговор отменить, В.Л. Юдина оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат С.В. Ушаков,ссылается на те же обстоятельства и недостатки в рассмотрении уголовного дела судом, отмечает также, что дополнительная экспертиза рыночной стоимости котла, как и основная проведена ненадлежащим лицом. Судом не рассмотрено ходатайство Юдина о признании этого доказательств недопустимым, заявленное им на стадии предварительного судебного заседания, лишь в приговоре формально указано об отсутствии оснований для признания их недопустимыми, из чего непонятно, почему доводы В.Л. Юдина были отвергнуты судом. Просит приговор отменить, вынести в отношении В.Л. Юдина оправдательный приговор.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденный В.Л. Юдин, считает приговор незаконным, необоснованным, подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, в связи с чем, считает себя незаконно признанным виновным без наличия к тому оснований. Доводы жалобы в целом соответствуют доводам апелляционных жалоб защитников. Анализируя, ход предварительного и судебного следствия, выражает несогласие с оценкой имущества, произведённой экспертом, считает ошибочным решение суда, отклонившего ходатайство стороны защиты о проведении независимой судебной экспертизы его стоимости. Не согласен с квалифицирующим признаком использования служебного положения. Считает, что использовал своё служебное положение в интересах ОАО «НПК». Не согласен с выводами суда относительно списания котла КВТ750 и договора его купли-продажи В.В.В., просит приговор отменить и его оправдать.

В апелляционном представлении (основном и дополнительном) Нерехтский межрайонный прокурор С.С. Голятин: полагает, что приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона, выразившемся в том, что при квалификации действий подсудимого суд не указал вменённый ему квалифицирующий признак присвоения вверенного имущества с использованием своего служебного положения. Полагает, что суд не в полной мере не учёл требования ст. 6 и ст. 60 УК РФ, назначив Юдину чрезмерно мягкое наказание, не соответствующее тяжести содеянного и личности виновного.

Отмечает, что санкция ч. 4 ст. 160 РФ, предусматривает лишение свободы на срок до десяти лет со штрафом размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового, Юдину назначено наказание в виде двух лет лишения свободы испытательным сроком, без дополнительных видов наказания.

По мнению прокурора, приговор следует изменить в связи с неверно установленной судом суммой ущерба в размере 1 017 600 рублей, что не соответствует предъявленному Юдину обвинению, поскольку ему вменена сумма ущерба в 1 012 00 рублей.

На основании этого автор представления просит изменить приговора, указать в описательно-мотивировочной частиприговора при окончательной квалификации деяния В.Л. Юдина в качестве хищения котла по ч. 4 ст. 160 УК РФ как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное в особо крупном размере, с использованием своего служебного положения;

усилить наказание, назначив наказание реально 2 года лишения свободы со штрафом в размере 500 000 рублей, с ограничением свободы на 1 год, запретив выезжать за пределы территории муниципального образования по месту жительства, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязать являться в уголовно-исполнительную инспекцию на регистрацию 2 раза в месяц,

и принять во внимание сумму ущерба, вменённую ему по результатам расследования, в размере 1 012 000 рублей, изменив приговор в указанной части.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевшего адвокат О.И. Коляда полагает, что все доводы автора апелляционной жалобы являются необоснованными и сторона защиты просит их отклонить, отмечает, что мнение потерпевшего о назначении наказания не должно учитываться судом при вынесении приговора. Назначение судом наказания без штрафа, также считает обоснованным. При условии признания апелляционным судом вины Юдина во вменённом деянии просил бы оставить приговор в части наказания без изменений.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного В.Л. Юдина, его защитников – адвокатов О.И. Коляды и С.В. Ушакова заместитель Нерехтского межрайонного прокурора М.С. Богинов просит оставить их жалобы без удовлетворения, поскольку их доводы противоречат материалам уголовного дела

Проверив материал дела, оценив доводы сторон, судебная коллегия приходит к выводу о частичном удовлетворении апелляционного представления прокурора касательно суммы причинённого ущерба и упомянутого квалифицирующего признака. В остальном оснований для внесения изменений в приговор по доводам апелляционных жалоб и апелляционного представления судебная коллегия не усматривает по следующим основаниям.

Вопреки утверждениям стороны защиты, существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

В материалах уголовного дела отсутствуют данные о том, что со стороны председательствующего по делу в суде первой инстанции, проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела. Уголовное дело рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов презумпции невиновности и состязательности сторон. Согласно протоколу судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ; разрешил по существу все заявленные ходатайства с приведением мотивов принятых решений, которые сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Право сторон на представление доказательств, заявление ходатайств, высказывание своего мнения по всем рассматриваемым в суде вопросам не ограничивалось, и было реализовано.

Несогласие стороны защиты с оценкой фактических обстоятельств уголовного дела, которые верно установлены судом первой инстанции, не является основанием к их переоценке в апелляционном порядке.

Уголовное дело в отношении Юдина возбуждено по результатам процессуальных проверок его деятельности на посту генерального директора ОАО «НПК» 20.05.2023 по ч.1 ст. 201 УК РФ - за злоупотребление полномочиями в коммерческой организации, причинившее существенный вред,    на основании обращений председателя совета директоров предприятия См.. В последующем его действия обоснованно переквалифицированы на ч.4 ст. 160 УК РФ.

Виновность подсудимого В.Л. Юдина в присвоении под благовидным предлогом упомянутого котла, установлена судом на основе тщательно исследованных и подробно изложенных в приговоре доказательств, которым дана оценка в соответствии с положениями ст. ст. 17, 87-88 УПК РФ. Эти доказательства получены в установленном законом порядке, процессуальных нарушений, исключающих их допустимость органами предварительного расследования не допущено.

По убеждению судебной коллегии, в своей совокупности эти доказательства достаточны для правильного установления фактических обстоятельств уголовного дела и постановления в отношении него обвинительного приговора.

Приведённые защитой доводы защиты и показания подсудимого о его невиновности, о нулевой балансовой стоимости этого котла, о его продаже в интересах ОАО «НПК» гражданину В.В.В. за 150 тыс. рублей, и использование этих денег на обустройство подвижных полов для нового котла, о временном нахождении этого имущества на его предприятии по договорённости с В.В.В. и о завышенной стоимости, не оставлены судом без внимания, они тщательно проверены, оценены и надлежаще отвергнуты с приведением тому убедительных мотивов.

Оснований сомневаться в достоверности приведенных в приговоре показаний свидетелей и письменных доказательств у суда не имелось, не имеется таковых и у судебной коллегии. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного судом первой инстанции не установлено.Мотивы, по которым суд принял во внимание показания свидетелей, другие доказательства, положив их в основу приговора, и отверг показания осужденного о своей невиновности, в приговоре приведены, судебная коллегия находит их убедительными и обоснованными. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией стороны защиты, не ставит под сомнение законность принятых судебных решений.

По смыслу уголовного закона, присвоение в качестве хищения чужого имущества состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли его собственника.

Присвоение считается оконченным, когда законное владение вверенным лицу имуществом стало противоправным и это лицо начало совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу.

В данном случае действия Юдина по обращению котла в свою пользу в полной мере соответствует этим положениям уголовного закона и поэтому его действия правильно квалифицированы следствием и судом.

Осуждённый не отрицает, что под его руководством котёл демонтирован в августе 2021 года и тем же временем переустановлен на его предприятии «Славянский шкаф» с помощью рабочих и инженерных сотрудников ОАО «НПК», а потом списан, и в последующем представлен договор его купли-продажи В.В.В. за 50 тыс. рублей.

Согласно показаниям В.В.В., с Юдиным они знакомы с 1985 года. С ним 21 декабря 2021 года он заключил договор на приобретение этого котла за 150 000 руб., но договор составили на 50 000 руб., когда котел был уже перевезен. Перед покупкой Юдин сообщил, что и им требуется установить подвижные полы, на которые истратили часть денег. На момент заключения договора котел по его просьбе перевезли к Юдину, так как у него не было подготовленного места, и Юдин согласился хранить его у себя. Заключили договор хранения Он не был против, чтобы Юдин взамен пользовался котлом. Договор купли-продажи не составляли сразу, поскольку не были известны затраты на строительство подвижных полов. Изначально договорились на расчет наличными деньгами с отсрочкой платежа, поскольку у него не было нужной суммы. Счёт Обществу не выставлялся. В мае 2022 года он уплатил ОАО «НПК» 50 000 рублей за котёл, но их вернули обратно. Он обращался письменно к руководству ОАО НПК, однако ответа о причинах он не получил и обратился к нотариус, внёс эти деньги на депозит.

В подтверждение этой версии представлены

копия приказа Юдина о создании комиссии для освидетельствования котельного оборудования ОАО «НПК» – конкретно только этого котла от 10.11.2021 ( т.1 л.д. 197), копия утверждённого им же комиссионного акта о его списании в связи с большим износом от 10.11.2021, который подписали главный инженер Сн., начальник котельной М. и начальник мебельного цеха О. по результатам его осмотра (т.1 л.д.198-199), то есть когда он там уже отсутствовал и был переустановлен на предприятии Юдина;

копия договора купли-продажи от 21.12.2021 между ОАО «НПК»в лице Юдина и ИП В.В.В., о его покупке в комплекте с оборудованием за 50 тыс. рублей (т.1 л.д.26);

копия договора хранения от 01.01.2022, между Юдиным и    В.В.В. котла, по которому Хранитель Юдин может пользоваться этим котлом по назначению, а В.В.В. не возражает (т.1 л.д.105).

копия платежного поручения № 132 от 26.05.2022 на сумму 50 000 руб., направленных В.В.В. в адрес ОАО «НПК», якобы в счёт уплаты за котёл (т.1 л.д.98),

копия платежного поручения № 667 от 27.05.2022 о возврате В.В.В. этого платежа, как необоснованного (т.1 л.д.99);

копия ответного обращения Варенцова, направленного заказной почтой 21.06.2022 за разъяснением причин возврата денег (т.1 л.д.100-102);

копиянотариальной справки и нотариального удостоверения нотариуса Са. от 24.06.2022, с подтверждением о передаче В.В.В. этих денег на депозит с уплатой 8000 руб. пошлины за всё это (т.1 л.д.103, 104);

Оценивая эти обстоятельства более подробно, суд достоверно установил, что под видом списания котла, Юдин, воспользовавшись своими полномочиями генерального директора ОАО «НПК» в тайне от совета директоров организовал его хищение, и в августе 2021 года похитил этот котёл, демонтировал и установил на своём предприятии для отопления производственных помещений, безвозмездно обратив это имущество в свою пользу. Затем для прикрытия хищения, используя подчиненных работников, издал приказ №03 от 10.11.2021 о создании комиссии на списание основных средств в котельной, и составил акт о его списании. А в декабре того же года с целью оправдаться и скрыть следы хищения, составил для видимости договор его купли-продажи В.В.В. от 21.12.2021за 50 тыс. рублей, что и по смыслу и по своему содержанию не представляет для ОАО «НПК» никакой экономической выгоды, как это пытается представить сторона защиты, если бы это соответствовало действительности.

Как установлено судом, утверждения Юдина о продаже котла В.В.В. за 150 тыс. рублей, из которых якобы переданные ему наличностью сто тысяч рублей ушли на обустройство подвижных полов для котельной, а пятьдесят тысяч тот остался должен предприятию и пытался их заплатить, являются голословными и полностью опровергаются материалами уголовного дела. И сам Юдин и свидетель В.В.В., подтверждающий эти доводы в качестве свидетеля, дали об этом ложные показания, что не вызывает сомнений.

Эти обстоятельства достоверно подтверждаются следующими доказательствами.

Показаниями председателя совета директоров ОАО «НПК» См. – директора ООО «Логарт 2000», что владеет 98% акций ОАО «НПК», обратившегося по этому поводу в полицию из которых следует, что котёл с оборудованием был в рабочем состоянии, указаний о его списании до установки нового котла Юдину никто не давал. Он оставался в резерве. Летом того же года Юдин обращался к нему по поводу возможности приобрести этот котёл себе, но получил отказ, и попросту присвоил его потом под благовидным предлогом, чтобы установить и продолжить его эксплуатацию на своём предприятии. Новый котёл взамен не приобретался. Когда это вскрылось в конце декабря 2021 года, Юдина отстранили от должности, а затем освободили совсем. От хищения котла Обществу причинён материальный ущерб свыше 1 млн. рублей, и кроме того это привело потом к размораживаниюводопровода и затоплению арочного цеха с повреждением имущества предприятия, что привело к дополнительному материальному ущербу.

Согласно таким же показаниям В.А.Х. и А.Е.К. – членов Совета директоров ОАО «НПК»,пропажа котла обнаружена инвентаризационной комиссией, котёл оказался на «Славянском шкафе»,и Юдина отстранили от руководства, стоимость котла более 1 млн. рублей.

Согласно заявлению, См. обратился полицию по поводу хищения котла 22.03.2022 (т.1 л.д.6);

Утверждения осуждённого, что котёл был неисправен и не представлял для ОАО «НПК» никакой ценности, опровергаются упомянутыми показаниями См. и иными материалами уголовного дела, в соответствии с которыми не вызывает сомнений, что котёл, был исправен и пригоден для работы, иначе бы Юдина он не заинтересовал. Придание на предприятии нулевой балансовой стоимости этому имуществу после истечения гарантированных заводом технических сроков, и списание его из основных средств,по своему смыслу и предназначениюв бухгалтерском учёте не лишает его остаточной рыночной стоимости и материальной ценности для Общества, поскольку оно остаётся пригодным для эксплуатации, а при нужде – и для продажи третьим лицам.Его ликвидационная стоимость на этот случай оценена предприятием в 1 400 тыс. рублей (т.1 л.д. 176, 234-235).

Подтверждением тому, что котёл был предприятию нужен дополнительно свидетельствует представленная в деле служебная переписка сотрудников ОАО «НПК»,в соответствии с которой мастер арочного цеха Б. доложил гендиректору Н., что в ночь на 09.01.2023 прорвало водопроводную трубу из-за её размораживания, что привело к затоплению помещения(т.1 л.д.236). Согласно пояснительной записке специалиста П. второй котел УВТ-1500 в зимний период в одиночку не может отапливать помещения и одновременно сушить продукцию, поэтому требуется второй котел (т.1 л.д.237-239). Согласно справкам об убытках, на устранение последствий прорыва затрачено на ремонтные работы 8800 рублей, страховые взносы 1840 рублей, стоимость материалов 15 350 рублей, а также утрачены пиломатериалы и мебельные детали на общую сумму 497 923 рубля. (т.1 л.д.240, 241),

Согласно результатам осмотра места происшествия от 22.03.2022 и 21.04.2022и нагляднымфотоматериалам (т.1 л.д. 11-22, 46-47,71-74, т.2 л.д. 75-76), допросов работников ОАО «НПК», судебных экспертиз, и других следственных и процессуальных действий, котёл был исправен и со всем его громоздким оборудованием,как ни в чём не бывало, переустановлен на личном предприятии Юдина «Славянский шкаф» (г. Нерехта, ул. Дружбы, 5). Он присоединён к коммуникациям и пущен в работу. Его рыночная стоимость по состоянию на 27 декабря 2021 года, согласно обвинению, определена экспертным путём в 1 012 000 рублей (т.1 л.д. 62-90), а по состоянию на реальное время, относящееся к его хищению, установленное судом по мере выяснения обстоятельств уголовного дела, т.е.на середину августа 2021 года в 1 017 600 рублей( т.4 л.д.186-203).

Согласно товарной накладной №62 от 10.06.08 ОАО «НПК» приобрело котёл тогда за 1 187127 рублей 72 копейки с НДС (т.1л.д.193-194). При его вводе в эксплуатацию 26.12.2008 его балансовая стоимость определена в 1 094 686 рублей.

Согласно письму ООО «Ковровские котлы» от 30.12.2021, которым он изготовлен, этот котёл рассчитан на устойчивую работу в течение 20 лет. Стоимость нового котла с теми же характеристиками у них начинается от 5 700 тыс. рублей. Его остаточный ресурс на 2021-2022 г.г. может оцениваться в 30% от первоначального. По их экспертной оценке может определяться от 1 400 тыс. рублей до 1 700 тыс. рублей. Вес металла в котле 16000 кг (т.1 л.д.233).

Имеющиеся в деле фотоматериалы также подтверждают, что котел находится в пригодном для эксплуатации состоянии.

Его основная судебная экспертиза рыночной стоимости проведена по постановлению следователя в ООО «Эксперт+» (эксперт А.И.С.) в соответствии с главой 27 УПК РФ. Она определена    по состоянию на 27.12.2021 (как указывалось в постановлении) вразмере 1 012 000 рублей ( т.1 л.д. 62-90).

Не удовлетворившись только этим заключением, во избежание всяческих сомнений, суд провёл дополнительную экспертизу и установил помесячную рыночную стоимость этого котла на весь период, указанный в обвинительном заключении с января 2021 года по 27 декабря 2021 года. Она рассчитана

на январь 2021г. – 869 600руб., на февраль 2021г. – 893 600руб., на март 2021г. – 918 200руб., на апрель 2021г. – 944 400руб., на май 2021г. – 962 800руб., на июнь 2021г.– 977 800руб., на июль 2021г. – 999 000руб., на август 2021г. – 1 017 600руб., на сентябрь 2021г. – 1 025 400руб., на октябрь 2021г. – 1 007 800руб., на ноябрь 2021г. – 1 004 500руб(т.4 л.д.186-203).

Прибегая к тем же методикам, эксперт А.И.С. дал суду апелляционной инстанции расчёт стоимости котла и на каждый день августа 2021 года. Цена в любом случае составляет свыше миллиона рублей и меняется несущественно, не влияя на уголовно-правовую квалификацию инкриминированного Юдину деяния.

Сам осуждённый, настаивая на необоснованном обвинении, тем не менее, тоже представлял суду свои доказательства (свои оценочные отчёты и образцыобъявлении с сайта «Авито»), настаивая, что рыночная стоимость котла вполовину меньше экспертной. Это, в свою очередь, лишь дополнительно подтверждает, что котёл имеетдостаточно высокую остаточную стоимость о чём Юдин знал. Он был ценен для предприятия и имеет потребительский спрос в качестве отопительного оборудования, а не металлолома, поэтому не мог быть продан за ту сумму, которую якобы уплатил В.В.В. Юдину.

Оснований для назначения по делу новых товароведческих оценочных экспертиз для подтверждения рыночной стоимости котла не усматривается.

Причин не доверять заключениям судебных экспертиз ООО «Эксперт+» по доводам защиты,у судебной коллегии нет. Они достаточно ясны и подробны, категорично поддержаны экспертом А.И.С. в судах обеих инстанции с дополнительными разъяснениями о том, какие именно методики, индексы и проценты износа этого оборудования применялись. При расчёте восстановительной стоимости котла применялся индекс цен промышленных товаров в п Российской Федерации, что представляется наиболее оптимальным, поскольку подобные котлы в более узкую категорию промышленных товаров не входят. И вопреки утверждениям стороны защиты итоговая рыночная стоимость котла не является явно завышенной и определена без включения в неё налога на добавленную стоимость, что прямо следует из экспертных заключений и пояснений эксперта, поэтому сумма ущерба соответствует стоимости котла.

Как следует из материалов дела, для проведения оптимального и качественного исследования котёл сначала осматривался на месте вторым экспертом Б. и он находился в надлежащем своему возрасту эксплуатируемом состоянии. Эксперт А.И.С., давший ответ по его стоимости, имеет соответствующее профильное образование,надлежащую квалификацию и достаточный опыт работы в этой отрасли. Различие в ценах на каждый месяц 2021 года объясняется макроэкономическими показателями, спросом, ростом и падением индексов инфляции на промышленные товары и другими показателями экономической деятельности, влияющими на ценообразование в конкретный период. Стоимость этого имущества на середину августа 2021 года наиболее оптимальна и убедительна, поскольку точную дату хищения никто не помнит (помнят, что середина августа, Сн. связывал это с выходом из отпуска в этот период), при том, что котёл с оборудованием вывозился Юдины в несколько приёмом. При этом следует отклонить доводы защиты, что эксперт самоуправно определял цену на середину каждого месяца, поскольку именно этим интересовался суд для определения его стоимости в августе. При этом цена определена экспертом не самая высокая, поскольку на 15 число каждого месяца рассчитывался хронологический возраст и физический износ, а не рыночная стоимость имущества.

Для установления его стоимости применялся наиболее приемлемый затратный подход, поскольку сравнительный и доходный подходы для оценки этого имущества не возможны о чём дано исчерпывающее разъяснение в экспертизе. Экспертом оценивалась текущая стоимость объекта за вычетом различных элементов износа, функционального и экономического устаревания.Восстановительная стоимость для этого определена от первоначальной балансовой стоимости с учётом естественных инфляционных процессов в 3 566 381 рублей и уже от неёс понижающими коэффициентами рассчитана окончательная цена объекта с его износом.

Оснований, исключающих дачу экспертом А.И.С. заключения по уголовному делу, не усматривается. Ознакомление стороны защиты с постановлением о назначении первой экспертизы после её проведения, не является процессуальным недостатком, влекущим признание её результатов недопустимым доказательством. В ходе расследования уголовного дела и рассмотрения его в суде предоставлялась возможность их оспаривания процессуальным путём, в том числе назначением дополнительных экспертиз.

Доводы защиты, сомневающееся в законности этих исследований, что они проведены не в рамках порученноготрудового задания, поскольку, по их мнению, эксперт А.И.С., не состоит в трудовых отношениях с ООО «Эксперт+»,отклоняются, потому что они надуманы и субъективны. Каких-либо сомнений по этому поводу, у судебной коллегии не имеется.

Тот факт, что проведение основнойэкспертизы оплачивалось потерпевшим, не противоречит закону и не является причиной для признания этого заключениянеобъективным и недопустимым. Потерпевший вправенести эти расходы по инициативе органов предварительного расследования, поскольку иным способом установить объективно рыночную стоимость котла для решения вопроса о размере ущерба и возбуждения уголовного дела, было бы невозможно. Более того, в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 131 УПК РФ эти расходы прямо отнесены законом к процессуальным издержкам и не свидетельствуют о заинтересованных эксперта в исходе дела или в даче заведомоложного заключения.Никаких причин для этого эксперт А.И.С. не имеет.

Выплата ему экспертной организацией вознаграждения за проведённые исследования, является обязанностью заказчика, если экспертиза проводится в негосударственном экспертном учреждении. Эта оплата предусматривается гражданскими и трудовыми правоотношениями, поскольку любой труд должен быть оплачен, а то, что эксперт выставил счёт экспертному учреждению за оценочные услуги в сумме 6000 рублей, как индивидуальный предприниматель) на это принципиально обращает внимание защита (т.4 л.д. 204), свидетельствует лишь о сложившемся прозрачном для налоговой службы порядке оплаты его услуг, и о том, что экспертиза поручена и проведена на законных основаниях. Эксперт А.И.С. дал об этом исчерпывающие разъяснения, а экспертное учреждение подтвердило суду их трудовые правоотношения. Кроме того, результаты исследований утверждены руководителемэтой экспертной организации, что также подтверждает их достоверность.

Факт того, что экспертная оценка котла не совпадает с оценочными суждениям Юдина и представленными им предложениями с интернет-сайта, не говорит об ошибочности выводов эксперта, поскольку всякий владелец своего имущества, давая объявления о его продаже, вправе распоряжаться им по своему усмотрению и по той цене, которую считает нужной. Для суда же решающее значение имеет не та цена, по которой иные лица готовы расстаться со своим имуществом, а то, сколько оно стоит реально для потерпевшего с учётом его эксплуатационного состояния.

Представленный суду апелляционной инстанции отчёт № 24210-Оо от 07.11.2024 о его более чем вполовину стоимости, выполненный 07.11.2024 оценщикомАО «Ярославский центр недвижимости» Ю.В.В., судебная коллегия отклоняет, поскольку он полученвнепроцессуальным путём по заказу осуждённого. Этот отчёт не является экспертным заключением в соответствии со ст. 204 УПК РФ, и не подменяет заключения судебного эксперта А.И.С.. И более того, пристальное изучение этого документа и разъяснений оценщика Ю.В.В., показало, что им хотя и использовался тот же затратный подход и те же формулы, как и судебным экспертом Скворцовым, но имнамеренно использовались иные занижающие ценовые индексы и коды экономической деятельности, а также меньший срок полезной эксплуатации котла, что не соответствуетреальности и качеству этого оборудования гарантированного заводом, значительно удешевляя его рыночнуюстоимость чем установлено экспертным путём.

Принимая во внимание всё изложенное, показания осуждённого Юдина и свидетеля В.В.В., представленные теми письменные доказательства, а также неубедительные доводы защиты, что Юдин попросту избавился так от негодного списанного оборудования, продав его В.В.В. по цене даже ниже стоимости металлолома, а потом взялся его сохранить на своём предприятии, пустив в работу, нисколько не убедительны и являются ложными. Суд дал этим утверждениям надлежащую оценку и обоснованно отверг.

Не свидетельствует об этом и упомянутые попытки В.В.В., поддерживающего версию Юдина, заплатить в мае-июне 2022 годав бухгалтерию ОАО «НПК» 50 тыс. рублей после инициации советом директоров процессуальной проверки в отношении Юдина по поводу хищения котла.

Как обоснованно отмечается обвинением, этот денежный платёж направленный Обществу спустя значительное время после его пропажи –26.05.2022, якобы во исполнение договора купли-продажи, бухгалтерия возвратила из-за отсутствия правовых оснований для их получения. Никакого такого договора ОАО «НПК» с ним не заключало, что разумно и логично.

Дальнейшее зачисление этих денег на нотариальный депозит с уплатой лишних 8000 рублей в качестве пошлины за это нотариальное действие, с очевидностью создают для правоохранительных органов видимость этой сделки, как и представленный для оправдания договор хранения котла между «Поклажедателем» В.В.В. и «Хранителем» - Юдиным (т.1 л.д.98-105).

Эти обстоятельства также подтверждаются следующими доказательствами.

Так, из показаний нового генерального директора ОАО «НПК» Н., следует, что по его назначениюв декабре 2021 года, котёл на месте уже отсутствовал. Потом во время процессуальной проверки деятельности Юдина вдруг поступил упомянутый платёж, возвращённый В.В.В., потому что никаких сделок с ним по этому поводу у ОАО «НПК» не было.

Из показаний бухгалтера ОАО «НПК» К. следует, что акт списания котла составлялся намного позже, когда котла уже не было на месте. А сам акт который она получила с подписями оказалсясовсем не тот, который она делал по указанию Юдина. О том, что котёл вовсе пропал, она узнала, когда проводили инвентаризацию при смене директоров. Пропавший котёл приобретался новым в 2008 году. В ноябре 2021 года Юдин дал указание на его списание из основных средств, что не вызывало сомнений, т.к. предприятием заключался договор на поставку нового более мощного котла, при этом подразумевалось, что старый котёл останется на предприятии, поскольку его списали только с бухгалтерского баланса, а не в утиль. В мае 2022 года вдруг за него поступили денежные средства от ИП Варенцова в размере 50 тыс. рублей, но так как у предприятия не было такого контрагента, эти деньги вернули ему обратно. Ни о какой договорённости о продаже котла Юдин никого в известность не ставил, хотя в этом случае должен был бы сообщить. Счет на оплату никому не выставляли, договор не регистрировали. При этом все расчеты с предприятием ведутся через расчетный счет, а не наличными, и подобное списание имущества из основных средств не означает о его ненужности, что оно может быть отдано кому-то бесплатно без извлечения прибыли. В 2019 году было 10 лет с его ввода в эксплуатацию, он продолжал использоваться по назначению и использовался бы далее. По поводу оплаты работ по подвижным полам, и демонтажа старого котла ей ничего не известно. Документов на оплату кому-либо отдельно ей не поступало.

Из показаний начальника котельной ОАО «НПК»М. следует, что этот котёл был в рабочем состоянии, демонтировали его летом 2021 года по указанию Юдина силами своих же рабочих и слесарей, увезли на «Славянский шкаф» и поставили. Устройство подвижных полов производилось в котельной позднее, но отдельно эта работа не оплачивалась, и входила в их рабочее время.

Из показаний главного инженера ОАО «НПК» Сн. также следует, что этот котёл был в рабочем состоянии. В 2014 для отопления перешли на другой котел. Этот продолжали использовать для сушильных камер, а зимой для дополнительного обогрева помещений. После демонтажа в августе 2021 года его установили у Юдина на его предприятии «Славянский шкаф», а списывали уже потом по его указанию Ранее Юдин интересовался, подойдет ли ему это котёл, на что он ответил утвердительно и готовил ему проект установки.

Из показаний начальника мебельного цеха О., входившей, помимо Сн. и М. в комиссию посписанию котла, следует, что акт его списания по мотиву большого физического износа она подписывала формально, не вникая в суть и расценивала «Славянский шкаф» Юдина, куда его перенесли, дочерним предприятием ОАО «НПК».

Из показаний главного механика ОАО «НПК» Ц. следует, что после демонтажа, котел на «Славянском шкафе» сразу подключили к отоплению. Вывозили его туда в августе 2021 года, пока он был в отпуске.

Из показаний участвовавшего в этом слесаря ОАО «НПК» Д., следует, что Юдин руководил всем этим процессом, котёл переместили на территорию «Славянского шкафа», причём саму топочную камеру транспортировали туда с помощью крана наих же грузовике.

О том, что акт на списание котла подделывался намного позже свидетельствует также и переписка Юдина с бухгалтером К. в сети «Интернет» в соответствии с которой Юдин в начале января 2022 года после новогодних праздников интересуетсяподписан ли этот акт, она отвечает, что некогда, а он настаивает и берётся утвердить его «задним числом» (т.2 л.д.175-176).

Кэтому времени, как следует из материалов дела, он уже отстранён советом директоров от руководства предприятием за злоупотребления, причинившие экономические убытки, включая пропажу котла.

Доводы осуждённого о том, что он демонтировал котёл для установки более мощного нового, и что он фактически переустановлен на производственной площадке, арендуемой «Славянским шкафом» у ОАО «НПК» суд отклонил обоснованно. Из материалов уголовного дела следует, что    вопрос о замене котла с председателем совета директоров См. только лишь обсуждался. А о том, чтобы его переустановить в ином месте на территории, подконтрольной ОАО «НПК» Юдин договорённости ни с кем не имел. Решение об этом он принял самовольно, котёл попросту присвоил и переустановил на своём предприятии для отопления своих помещений и извлечения их всего этого личной экономической выгоды, используя площадку «Славянского шкафа» в качестве прикрытия своих действий.Более мощный котёл взамен утраченного был установлено в цехах ОАО «НПК» только после произошедшей коммунальной аварий в 2023 году. Юдин получил возможность распорядиться этим котлом как своим собственным вопреки интересам возглавляемого предприятия и в обход совета директоров. Поэтому наличие корыстного мотива в его действиях очевидно и прямо следует из их характера.

Суд обоснованно установил, что увезя котёл, и переустановив его у себя, он для прикрытия этих действий – на случай оспаривания в правоохранительных и судебных органах, представил всё под его списание и продажу за бесценок В.В.В., который по этому поводу явно солгал, поддерживая версию своего товарища.

Сам Варенцов на допросах не мог вспомнить, сколько денежных средств, когда, и за какие работы и материалы, он конкретно передавал Юдину, указывая лишь конечную сумму в сто тысяч рублей, которую он, якобы отдал ему наличными. При том, что Юдин по этому поводу никаких отчётов не делал, а сам договор оформлен с отсрочкой платежа на предстоящие шесть месяцев (именно в то времяи поступили упомянутый платёж от В.В.В.), что вовсе не отвечает требованиям разумности при покупке столь дорогого оборудования. Перечисление В.В.В. этих денег со своего расчётного счёта и их перевод после возврата на нотариальный депозит– ничто иное как уловка и лишь убеждает судебную коллегию, что он настойчиво поддерживает версию Юдина для придания ей пущей достоверности.

Как установлено судом, никакой производственной площадки, куда этот котёл мог бы ему пригодиться, В.В.В. не имел и имеет, а Юдин, наоборот, именно себе искал дополнительный котел для его установки себе на «Славянский шкаф», о чём указал главный инженер Сн., логично описывая произошедшие события. Собственно, там котёл и установлен.

Доводы защиты, что В.В.В., якобы, расплатился с Юдиным и сто тысяч рублей использованы на подвижные полы, отвергается, т.к. по делу установлено, что эти работы велись рабочими ОАО «НПК», в том числе и демонтаж котла с его переустановкой у Юдина. Выполнения отдельных работ по бетонированию на месте похищенного котла, оплата крана и другие, связанные с похищением и перевозкой котла, не оправдывают действия осуждённого и не являются основанием для уменьшения суммы ущерба, поскольку эти затраты он нёс, чтобы придать законный виде хищению этого имущества, а не чтобы снизить себестоимость присвоения.

В соответствии с уголовным законом размер материального ущерба определён по фактической стоимости котла, определённой экспертом на время его похищения.

В то же время суд, установил, что котёл в августе 2021 года стоил 1 017 600 рублей, и указал эту сумму в приговоре вопреки ст. 252 УПК РФ, но вышел за пределы судебного разбирательства, поэтому являются обоснованными доводы прокурора об оставлении той цены котла, что указана в обвинительном заключении, т.е. 1 012 000 рублей, что незначительно меньше, и не влияет на квалификацию содеянного и на наказание.

Поскольку действиям Юдина дана правильная уголовно-правовая квалификация по ч.4 ст. 160 УК РФ,как присвоение, т.е. хищение вверенного имущества в особо крупном размере под видом его списания и заключения явно не выгодной экономической сделки с В.В.В., чтобы сокрыть содеянное, то обоснованно суд признал излишним указание в обвинении– при описании действий виновного, что Юдиным был заключен договор купли-продажи от 21.12.2021 с В.В.В. как экономически невыгодный, в нарушении устава ОАО «НПК», и без одобрения этой сделки советом директоров.

Установленные судом фактические обстоятельства преступления от этого не меняются и не служат основанием для квалификации его действий поч.1 ст. 201 УК РФ, как изначально было возбуждено уголовное дело, пока следствие не пришло к выводу о совершении Юдиным более тяжкого преступления. Из обвинения и из уголовного дела явно и недвусмысленно следует, что сначала Юдин похитил котёл, а затем оформил его списание и продажу Варенцову.

Наличие в уголовном деле (т. 4 л.д. 17-48) копийпостановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Юдина в 2023 году по одним и тем же мотивамв связи с тем, что следствие, поддалось сначала убеждениям защиты о невыгодной продаже котла, и не усматривало тогда признаков хищения, не является основанием для отмены приговора. Тот же следователь, изучив ошибочность этой оценки25.01.2024 предъявил Юдину обвинение в присвоении котла, верно квалифицировав его действий по указанной норме уголовного закона, по которой он обоснованно осуждён. В этой связи утверждения защиты о его незаконном уголовном преследовании, судебная коллегия отклоняет. Постановлением от 29.01.2024, которое и вовсе вынесено совершенно без надобности( т.4 л.д. 20-23) следователем отказано в возбуждении уголовного дела в краже котла, поскольку действия Юдина уже получили иную квалификацию изложенную в обвинении.

Что касается доводов апелляционного преставления о том, что суд не указало квалифицирующий признак совершения присвоения с использованием своего служебного положения, этот недостаток приговора подлежит устранение в апелляционном порядке. Суд первой инстанции при изложении в приговоре фактических обстоятельств дела этот квалифицирующий признак указал, но не указал, квалифицируя его действия по ч.4 ст. 160 УК РФ, что не влияет на существо приговора.

Вопреки доводам государственного обвинения и мнению представителя потерпевшего, назначая ему наказание, суд учёл все заслуживающие внимание обстоятельства и требования уголовного закона.Новых не учтённых обстоятельств суду не приведено и по мнению судебной коллегии применение к Юдину условного осуждения и не назначение дополнительного наказания в виде штрафа не противоречит закону, учитывая характер содеянного, обстоятельства дела и сведения о его личности

Каких-либо иных обстоятельств,заслуживающих особого внимания, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного и влекущих смягчение наказания или иное улучшение его положение, по делу не усматривается.

Иные вопросы, подлежащие разрешению при постановлении обвинительного приговора, решены судом правильно.

Судебная коллегия не усматривает оснований для изменения приговора в части решения о возврате котла потерпевшему. Затраты на его демонтаж в порядке исполнения приговора и возвращение на прежнее место относятся к процессуальным издержкам, которые потерпевший вправе потребовать возместить. По уголовному делу не представлено доказательств невозможности изъятия этого имущества из незаконного владения Юдина с риском для его полной утраты.

Процессуальных оснований для направления в органы предварительного расследования информации о фальсификации доказательств, и даче свидетелем В.В.В. заведомо ложных показаний, о чём настаивает представитель потерпевшего, не имеется. Обязательное принятие такого решения судом при вынесении обвинительного приговора не предусмотрено ст. ст. 307-309 УПК РФ, и сторона обвинения в этом случае не лишена возможности самостоятельно придать этому огласку.

На основании изложенного руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

о п р е д е л и л :

приговор Нерехтского районного суда Костромской области от 24 января 2025 года в отношении Юдина Владимира Львовича изменить.

Дополнить описательно-мотивировочную часть приговора при квалификации действий осуждённого В.Л. Юдина о ч. 4 ст. 160 УК РФ квалифицирующим признаком совершения этого преступления с использованием своего служебного положения, а установленную судом сумму материального ущерба сократить до 1 012 000 рублей.

В остальном этот же приговор в отношении него оставить без изменений, а апелляционные жалобы осуждённого, его защитников и представителя потерпевшего – без удовлетворения.

Апелляционное представление прокурора удовлетворить частично.

Апелляционное определение и приговор с внесёнными изменениями вступают в законную силу немедленно, и могут быть обжалованы в течение шести месяцев со дня провозглашения апелляционного определения в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции через Нерехтский районный суд Костромской области.

По истечении этого срока и при отказе в его восстановлении кассационная жалоба (представление) подаётся по правилам выборочной кассации непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии и участии своих защитников в заседании кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: