В 2023 году приговором Нерехтского районного суда Д. был осужден за совершение преступления, предусмотренного пунктом «б» части 6 статьи 171.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, а именно за приобретение, перевозку и хранение в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции, подлежащей обязательной маркировке акцизными марками или федеральными специальными марками, и немаркированных табачных изделий, подлежащих маркировке специальными (акцизными) марками, в особо крупном размере. Ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

В рамках расследования уголовного дела у Д. изъято более 1700 бутылок немаркированной алкогольной продукции и более 10000 пачек немаркированных табачных изделий.

После осуждения Д. не сделал должных выводов и спустя непродолжительное время было установлено продолжение с его стороны преступной деятельности по хранению в целях сбыта немаркированной алкогольной и табачной продукции в особо крупном размере.

Объем изъятой немаркированной продукции составил более 1400 бутылок алкоголя и более 9000 пачек табачных изделий.

В 2025 году приговором Нерехтского районного суда Д. вновь осужден за совершение преступления по пункту «б» части 6 статьи 171.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Ранее назначенное Д. условное осуждение отменено и по совокупности приговоров путем частичного присоединения неотбытого наказания окончательно назначено 3 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Д. с приговором не согласился, в апелляционной жалобе указывая на хранение алкогольной и табачной продукции для личного потребления.

Костромским областным судом доводы жалобы осужденного отклонены. Суд указал, что показания свидетелей и содержание телефонных переговоров свидетельствуют, что Д. активно занимался хранением и реализацией алкогольной и табачной продукции по заниженной стоимости. Умысел осужденного на хранение немаркированной алкогольной продукции и немаркированных табачных изделий в целях сбыта, то есть для получения неконтролируемой прибыли, подтверждается количеством и ассортиментом изъятой продукции, состоящей из спиртных напитков и сигарет различных видов и марок. Деятельность осужденного, связанная с оборотом немаркированной алкогольной и табачной продукции, носила системный характер, пока не была пресечена сотрудниками правоохранительных органов.

Приговор вступил в законную силу.

Наряду с указанными событиями ООО «НоваБев Маркет» обратилось с гражданским иском к Д. о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, указав, что в числе изъятой у ответчика немаркированной алкогольной продукции на 173 бутылках для внешнего оформления использовались товарные знаки, зарегистрированные за истцом в Государственном Реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, без соглашения с правообладателем.

Поскольку оригинальная продукция не производится правообладателем, в расчете компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак истец применил минимальную цену розничной продажи, установленную приказом Минфина России на дату изъятия у ответчика контрафактной продукции. К взысканию заявлена компенсация в двукратном размере стоимость продукции, незаконно маркированной товарным знаком - 93699 рублей.

Возражая против иска, Д. указал, что сам истец продукцию не производил и не реализовывал, товарный знак не использовал в экономической деятельности, а приобретение товарного знака в целях последующего взыскания компенсации за его использование другими лицами является злоупотреблением правом.

Нерехтский районный суд иск ООО «НоваБев Маркет» удовлетворил в полном объеме, указав, что незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака, в том числе несанкционированное  предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Совершенные ответчиком действия безусловно повлекли наступление для истца репутационных рисков.

За незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, при этом не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Костромской областной суд согласился с решением Нерехтского районного суда и отклонил апелляционную жалобу ответчика на состоявшееся решение, не усмотрев злоупотребления правом в действиях истца.

Суд апелляционной инстанции указал, что неиспользование товарного знака правообладателем в собственной экономической деятельности может выступать основанием для инициирования заинтересованным лицом предусмотренной законом процедуры досрочного прекращения правовой охраны товарного знака.

Если же такая процедура никем не инициирована и правовая охрана товарного знака не прекращена, как в рассматриваемом случае, оснований для отказа в защите прав истца не имеется.